Россия как угроза интернету и правам своих граждан

Почему Россия объявила войну интернету?

Специально для «Крым.Реалии»

В нынешней России – среди политиков, чиновников, силовиков, законодателей и представителей исполнительной власти, даже среди некоторых ученых и в некоторых слоях интеллигенции укоренилась и активно тиражируется мысль, что «интернет – угроза национальной безопасности России». Это не пустой разговор. Как известно, Министерство связи и массовых коммуникаций России разработало законопроект, в котором заложен механизм контроля интернет-трафика в России. Под видом, якобы «минимизации риска для рунета от временного отключения от внешнего мира при чрезвычайных ситуациях» предлагаются такие меры как создание реестра IP-адресов, постоянный мониторинг трафика, вплоть до мониторинга частной переписки, построение резервных каналов и так далее. В Думе раздаются даже голоса с предложением запретить интернет вообще.

При всей и теоретической и практической запутанности проблемы, более того – при умышленном и нечестном изложении неких угроз от интернета, в стране начинают приниматься крутые меры, которые не только противоречат конституции, той ее статье, в которой гарантируется свободное обращение с информацией, но и явные нарушения прав человека. Хотя именно это и не удивительно, поскольку и сами права человека, даже в том их виде, в котором они закреплены в российском законодательстве, подвергаются ревизии, и патриарх Кирилл объявил их «глобальной ересью», а в устах чиновника они давно уже считаются признаком недопустимого инакомыслия.  

Страшнее интернета зверя нет

Российские прокуроры и другие юристы пишут статьи на темы некоего «интернет-терроризма». По соседству с Крымом, в Краснодарском университете, кандидатскую диссертацию «Интернет как угроза информационной безопасности России» защитил ученый Николай Воронович. Некие М.И. Фалеев, Г.С. Черных публикуют научную работу «Угрозы национальной безопасности государства в информационной сфере и задачи МЧС России в этой области деятельности». 

В этом процессе участвует и крымская прокуратура. Только в 2015 году некие «экстремистские материалы» были выявлены якобы на 54 сайтах. Речь, конечно, идет в большинстве случаев о критике российской власти, однако прокуратура не преминула поставить вопрос о блокировке этих сайтов. Кроме того, в Крыму на корню прекращено свободное подключение к WI-FI, которое при Украине распространялось на целые улицы, набережные, транспорт, не говоря уже о школах, вузах, кафе, библиотеках.        

Между тем, голосование крымчан в опросе «Крымской правды» на вопрос  «Согласны ли вы с тем, что власть получила право доступа к вашей интернет-переписке?» 71% ответил «категорически не согласен, это нарушение личного пространства»,  21%  согласились с этим, при условии «если требование обосновано и доступ только для органов», и полностью согласились 3% ответивших. Таким образом, в результате страшилок про интернет, уже 24% опрошенных крымчан согласились, что «органы» будут контролировать даже их переписку.  

И это законоположение вступает в прямое противоречие со всеми принципами государства – если провозглашена свобода слова, информации и свобода СМИ, если запрещена цензура и перлюстрация переписки, то какой может быть мониторинг электронной почты и интернет-трафика? 

Наконец, свободолюбивый «Огонек» (№ 11, 2016) публикует статью «Интернет как угроза», представляющую собой главу из книги «Ничего личного» знаменитого американского публициста Эндрю Кина, явного профессионального интернетофоба.  Хитрость, однако, заключается в том, что всю свою полемическую карьеру Энрю Кин строит на противостоянии своего мнения с мыслями своего визави апологета интернета, старшего советника по инновационной политике Хиллари Клинтон Алекса Росса, что обычно для американской дискуссионной практики. «Огонек», однако, представляет мнение Эндрю Кина как абсолютную истину, в то время как аргументы Алекса Росса не излагаются совсем.

Не интернет России, а Россия угрожает интернету  

Между тем, в российской позиции, которую уже можно назвать позицией государственной, поскольку она воплощается в антиинтернетные законы, слишком много несуразностей, чтобы можно было признать ее хоть сколько нибудь приемлемой.

Начать следует с того, как в России понимают саму «угрозу национальной безопасности». В Указе президента России от 12.05.2009 г. № 537 сказано, что «прямая или косвенная возможность нанесения ущерба конституционным правам, свободам, достойному качеству и уровню жизни граждан, суверенитету и территориальной целостности, устойчивому развитию Российской Федерации, обороне и безопасности государства». Так прямая или косвенная? Это далеко не равнозначно, тем более в законодательном плане. Если угроза всего лишь косвенная – то может она и не реализуется, и надо ли для этого принимать указы и законы. Во-вторых, интернет, как признано в мире, олицетворяет собой свободу информации, с другой стороны он реализует право людей на свободное владение информацией, на свободу слова, свободу СМИ. Поэтому в российском законодательстве получается нонсенс: нельзя, ограничивая интернет и блокируя целые сайты, необоснованно признавая их экстремистскими, утверждать, что тем самым в России предотвращают «ущерб конституционным правам, свободам, достойному качеству и уровню жизни граждан». Уж что-то одно – либо ограничения интернета, либо права и свободы граждан. Я не говорю уж о том, что без свободы информации проблематично  в нужном объеме обеспечить и защиту «суверенитета и территориальной целостности, устойчивого развития Российской Федерации, оборону и безопасность государства».

Интернет – техническое достижение ХХ века. Это такое же техническое достижение, как в свое время было изобретение книгопечатания, или же изобретение автомобиля или летательных аппаратов. Поэтому говоря, что «интернет несет угрозу» , авторы этих утверждений тиражируют те же самые глупости, если бы они говори ли, что автомобили или авиация несут угрозу для человека. Да, несут. Сколько людей гибнет в авто- и в авиа-катастрофах! Но дело в том, что тут нужно понять: угрозу несет не само техническое средство (автомобиль, самолет или же интернет), а способ его применения. Ведь никто не запрещает строить автомобили и самолеты на том основании, что в них гибнут люди. Почему же интернет подвергается жестоким запретам и ограничениям?  

С другой стороны, интернет – всего лишь технической носитель сообщений, того или иного контента. Поэтому, если власть считает, что эта информация может навредить регуляторные меры должны быть направлены на информацию, а не сам интернет, как в данном случае на сайты и на WI-FI.  И вот здесь-то и зарыта собака. Демократической справедливой власти нет оснований бояться свободно распространения информации, будь то через литературу,  газеты, телевидение, также и через интернет. Запрещает сайты и контент интернета та власть, которой есть чего бояться, впрочем, она также «регулирует» и телевидение, и газеты и другие СМИ. И это называется цензура – и по отношению к интернету также, как и к любым СМИ, а цензура, как известно, законодательно запрещена и в России тоже.

Поэтому отсюда очень простой вывод: пока Россия оставалась бы правовым демократическим государством с законной и соблюдающей законы и права граждан властью, допускающей обязательную критику в свой адрес, до тех пор интернет и как технический носитель информации, и само свободное обращение информации не составляли бы угрозы для страны и ее граждан. Но интернет по своей сути как средство свободного обращения информации начинает составлять угрозу для России только тогда, когда она отходит от принципов демократии и правового государства, когда власть сама нарушает законы и не соблюдает прав граждан. Интернет, как и все другие СМИ, естественным образом обязаны восстать против этих процессов, и будут бороться с ними независимо ни от масштабов запретов, ни от свирепости цензуры, ни от жестокости наказаний. Правда о неправедной власти всегда всплывет наружу, если нет газете, так в интернете.

Однако в таком случае, авторитарное и нарушающее законы государство становится первым врагом свободы граждан и прав человека, и оно объявляет войну интернету. В России уже этап, когда государство и власть стали угрозой свободе информации, давно наступил. Пришло время защищать диссертации не «интернет как угроза России», а «Россия как угроза интернету и своим гражданам».  

Угрозы реальные и фантастические

Надо сказать, что практически всегда борьба с интернетом ведется в угоду именно такой власти. Например, тот же диссертант Николай Воронович, пишет, что «как показал контент-анализ социальных сетей Интернета, наибольший показатель страниц и групп, угрожающих информационной безопасности, приходится на такой сегмент, как агрессивная направленность против нынешней власти (2,2%). Здесь представлены группы, ведущие агрессивную пропаганду против нынешней власти, поддерживающие идею «революционных» преобразований. Далее следуют страницы и группы, пропагандирующие идеи религиозного экстремизма (1,6%). На третьем месте – страницы и группы хакерских сообществ (0,9%), на четвертом – разжигающие межнациональную и межэтническую рознь, пропагандирующие идеи неофашизма или, например, радикального ислама (0,7%).  

Сделаем здесь поправку на особое понимание в России понятия «экстремизм» куда записывается всякая критика власти. Но и без этого, против власти на момент защиты диссертации в 2012 году было направлено наибольшая количество публикаций в интернете. Но кто, скажите, рассказал диссертанту, что критика власти (даже если агрессивная, хотя это у него для красного словца) представляет собой нарушение закона или какой-то вид экстремизма, или же представляет угрозу национальной безопасности?

Наоборот – гражданское общество должно критиковать власть на каждом шагу. Поэтому 2,2 % контента с критикой власти – это чрезвычайно мало, обычно власть по тому или иному поводу критикуют значительно больше. И вообще, как видно, весь сыр-бор с запретом и ограничением интернета связан именно с этими жалкими 2,2% – власть в России хочет, чтобы и этой мизерной критики ее не было, а потому развязала настоящую войну против интернета – выдающегося технического достижения человечества.

Здравый смысл также подсказывает, что в раздел «религиозного экстремизма», «разжигающих межнациональную и межэтническую рознь материалов», «радикального исламизма» диссертант записал любые материалы с критикой межнациональной политики России, любые требования религиозной, национальной или культурной справедливости и равенства. Поэтому таких материалов явно единицы.

Кроме того, в сумме все, якобы, «экстремистские» материалы интернета по данным диссертанта, как видим, составляют всего 5,4%. Однако из них следовало бы вычесть материалы с критикой власти (его 2,2%), а также как минимум раза в два-три уменьшить количество «экстремистских» материалов на религиозные или межнациональные темы. Таким образом, если бы диссертант подсчитал экстремизм правильно, то таких материалов останется какая-то доля процента. И ради этого запрещать или ограничивать весь интернет?

Кроме того, диссертант помимо своей воли показал, что если и идет речь об угрозе интернета, то касается она в первую очередь исключительно зоны Рунета, то есть его российского сегмента. «Наш анализ показал, что такого рода (то есть якобы «экстремистские» – авт.) ресурсы чаще содержатся «ВКонтакте» (12,7%). На втором месте по наличию страниц и групп экстремистской направленности «Одноклассники» (7,4%), на третьем «Фейсбук» (6,1%), на четвертом «Мой мир» (5,2%). Конечно, цифры здесь взяты явно с потолка. Нет ни «ВКонтакте», ни в «Одноклассниках», ни «Фейсбуке», ни в Моем мире» столько (в целом – 31,4% !?) экстремизма. Что он туда записал – неизвестно.

Диссертант почему-то даже не подумал, что приведенные им данные легко проверяются. Он, в частности пишет, что его поисковик дал ответов на запрос «Как взломать сайт» – 287  млн, 12 млн ответов на запрос «Как написать компьютерный вирус», 37 млн ответов дал поисковый запрос «Как отравить человека», 16 млн – «Как сделать бомбу в домашних условиях».  Можете проверить, но это ложь чистой воды. Не дает никакой поисковик даже тысяч ответов на эти запросы. Поистине, стремление угодить власти переходит всякие нормы приличия. К тому же, если кому нужно сделать бомбу – тот сделает ее и без интернета. И настоящие террористы делают свои бомбы явно не по интернету.

В целом отрадно то, что по сути своей интернет – это такой феномен, который нельзя ни запретить, ни ограничить. Интернет – реальный технический гарант свободы информации и прав граждан в мире. Если и есть в нем какие-то негативные влияния (например, привыкание или интернет-зависимость, распространение среди детей контента, предназначенного для взрослых и некоторые другие), то они легко регулируются, причем средствами самого «нэта», как например, «родительский контроль», что давно отрегулировано в цивилизованных государствах. Во-вторых, объем и масштаб преимуществ и возможностей от Интернета неизмеримо больше, чем потенциальных угроз. Поэтому нельзя запретить столь полезное и незапретимое по сути своей. Россия бессильна против интернета.

Анатолий Латышев, политический обозреватель

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции



Топ новостей сегодня

26 Июля, 2016 Вторник
25 Июля, 2016 Понедельник
больше новостей